Хочется верить, что крушение «Булгарии» заставит власти озаботиться проблемами речного транспорта

Мария ПОНОМАРЕВА,

обозреватель «Особой буквы»

Российское речное пароходство подало сигнал SOS

Российское речное пароходство подало сигнал SOS
В авиакатастрофах в силу объективных причин выжить удается только редким счастливчикам. Когда же тонет корабль, количество жертв напрямую зависит от уровня готовности плавучего средства и его экипажа к внештатным ситуациям.
11 июля 2011
После гибели каждого плавучего средства — начиная с «Титаника» и заканчивая многочисленными катастрофами паромов от «Эстонии» до Филиппин — специалисты, конспирологи и просто граждане пытаются выяснить, почему не хватило спасательных шлюпок, жилетов, когда был подан сигнал SOS — то есть все то, из-за чего, возможно, не удалось избежать человеческих жертв.

 

В настоящее время обсуждается сразу несколько версий причин крушения «Булгарии». Так, глава комиссии Совета Федерации по национальной морской политике Вячеслав Попов в эфире радиостанции «Эхо Москвы» предположил, что судно могло стремительно пойти на дно из-за перегрузки. На борту теплохода, как известно, было более 190 человек. Кроме того, на корабле могли быть и незарегистрированные пассажиры. При этом по правилам он мог перевозить не более 120 человек. Одна из самых распространенных версий катастрофы — износ техники. «Булгария» была построена в Чехословакии еще в 1955 году и около 50 лет ходила без капитального ремонта. В ходе предварительного следствия уже установлено, что при выходе из Казани теплоход имел неисправность главного левого двигателя. Многие эксперты указывают на ошибку капитана, другие все сваливают на плохую погоду — дождь и ураганный ветер, третьи уверены, что корабль элементарно сел на мель и поэтому дал течь.

Скорее всего, и вчерашняя трагедия теплохода «Булгария» в самое ближайшее время обрастет множеством подробностей о ненадлежащем оснащении судна, о причинах стремительности его погружения на дно, о роковых случайностях и тому подобном. Будут названы ответственные, осуждены виноватые или те, кого ими назначат, выплачены материальные компенсации семьям погибших. Причем деньги дадут и федеральная власть, и правительство Татарстана.

К сожалению, через несколько дней о «Булгарии» вспоминать будут только те, кого это непосредственно коснулось, — в СМИ появятся другие так называемые информационные поводы. Поэтому количество желающих скрасить свой досуг отдыхом на воде если и уменьшится, то лишь на короткое время. А значит, в будущем нас могут ждать новые катастрофы на воде.

И дело не в том, что в России наступают времена техногенных катастроф в промышленности, на железной дороге, в авиации и вот теперь в судоходстве, и не в том, что от разу к разу людям не удается обуздать стихию. Проблема в том, что речное прогулочное пароходство в нашей стране давно уже подчиняется исключительно прихотям туристов, которым плевать не элементарные правила безопасности.

Несколько лет назад, отмечая юбилей выпуска, мы с одноклассниками сняли теплоход. Город, где мы учились, стоит на Рыбинском водохранилище, у нас проходит Волгобалт, так что выросли мы все на большой реке. Кроме того, что на дачи все наше детство мы добирались на паромах, «Метеорах» и прочих судах и суденышках, почти треть моих школьных друзей занимались морским многоборьем, то есть ходили под парусом. И правила поведения судов на воде забыть еще не успели.

Так вот, сказать, что мы были удивлены тем, как вел себя капитан и матросы арендованного нами теплохода, значит не сказать ничего. Привыкшие обслуживать нетрезвые компании, эти так называемые «моряки» нарушали все мыслимые и немыслимые законы судоходства: подплывали на минимальное расстояние к огромным сухогрузам, останавливались на фарватере, предлагая нам полюбоваться красивыми пейзажами, причаливали к местам, совсем для этого не приспособленным. На вопрос, а разве так можно, нам было высокомерно сказано что-то типа: «Что вы захотите, то мы и сделаем». Мол, главное, платите. Ну, мы и заплатили, после чего капитан разрешил нам нырять в воду прямо с борта…

Теплоход мы заказывали по Интернету, расплачивались наличными. Насколько я помню, предложений об аренде судов разного уровня было великое множество. Все они были от частных компаний. И, кстати, никто готовность судна к отплытию, не проверял.

После этого памятного путешествия все попытки окружающих заманить меня на речную прогулку были обречены на провал. Более того, всех знакомых я от этого «приятного» времяпрепровождения отговаривала как могла.

Еще немного из личного опыта. Во времена моей юности была у нас такая лихая забава — переплывать Волгобалт. Но где бы мы это ни делали, у совсем пустынных берегов или у самой глухой деревни, всегда через какое-то время откуда ни возьмись появлялась водная милиция на моторных лодках. Разговор был короткий, спорить с ними было невозможно — приходилось либо поворачивать обратно, либо плыть в сопровождении этих не слишком добрых, грозящих нажаловаться родителям и содрать с них штраф дяденек.

За последние лет десять никакой речной милиции я не встречала — плыви куда хочешь. Может, где-то она и есть. Может, ее функции изменились, но особого контроля за поведением на воде лично я не ощущаю. В районе города Рыбинска — например, там, где проходит огромное количество пароходов, лайнеров и сухогрузов, — можно спокойно купаться на фарватере. И никто, кроме инстинкта самосохранения, вас не остановит.

Еще одна особенность прогулок на теплоходах — количество спиртного, поглощаемого пассажирами. Наливать, как правило, начинают с самого утра. Так что трезвых среди путешествующих обычно не так уж и много. Дело в том, что именно на реках наши люди почему-то чувствуют себя в полной безопасности, уверенные, что выплывут в любом случае. И никто их в этом не разубеждает. Инструктажа в отличие от того же самолета по пользованию спасательными жилетами не проводится. Но и пассажиры его не требуют.

Уверена, сейчас будут много говорить о том, каким старым и неприспособленным был погибший теплоход. Но ведь никто не запрещал покупающим билеты в круиз поинтересоваться, когда он был пущен на воду, сколько на нем спасательных шлюпок, кто там работает, и другими важными вопросами, на берегу кажущимися незначительными.

Аниматорами и обслуживающим персоналом на прогулочных теплоходах сейчас работают, как правило, студенты, но отнюдь не профессионалы. В этом легко убедиться, заглянув в Интернет на сайты объявлений о работе. Нужно ли говорить, что раньше на такие суда нанимали практикантов из речных училищ, которые по крайней мере владели навыками поведения в экстремальной ситуации.

Конечно, все вышеперечисленное — всего лишь частное мнение обывателя, немного знакомого с правилами судоходства. Но хочется верить, что крушение «Булгарии» заставит обратить внимание на проблемы речного транспорта не только власть, но и желающих «покататься на кораблике».

Людям стоит задуматься, кому они вверяют свои жизни и жизни детей.

 

Материал подготовили: Мария Пономарева, Александр Газов