27 октября в Москве обсуждали вопрос, как вернуть российским гражданам право на владение оружием

Игорь ВОЛКОВ,

«Особая буква»

Оружие массового самовыражения

Оружие массового самовыражения
В гостинице «Измайлово» состоялся съезд сторонников движения «Право на оружие». Среди почетных гостей мероприятия — депутат Государственной думы от ЛДПР, писатель Александр Никонов и шоумен Иван Охлобыстин.
29 октября 2012
Движение «Право на оружие» возникло в 2011 году. Оно образовалось фактически с нуля — с кружка друзей молодой предпринимательницы Марии Бутиной. Движение проводило теоретические и практические занятия для желающих обзавестись оружием, организовывало уличные пропагандистские акции, занималось правозащитной работой и довольно быстро обросло сторонниками. К осени 2012 года отделения движения появились в 32 двух регионах России, а участники первого съезда целиком заполнили зал «Суриков» в корпусе «Вега».

 

Говоря о праве на оружие, необходимо иметь в виду следующее. Во-первых, оружие — или того, что выдается за таковое, — у граждан России имеется. В магазинах, торгующих амуницией, или в различных беспородных ларьках вам не моргнув глазом продадут метровой длины тесак китайского производства, которым можно смело рубить крапиву (уже березовые сучья рубить не следует — можно измять лезвие), или скромный с виду, но гораздо более надежный златоустовский кинжал. Аэрозольные баллончики, электрошокеры, резиновые и телескопические дубинки, пневматические ружья и пистолеты продаются столь же свободно. Имея лицензию, можно приобрести дробовик или гражданскую модификацию штурмовой винтовки. Также по лицензии продаются газовые и «травматические» пистолеты и револьверы — правда, эффективность этих средств самообороны последнее время многими ставится под сомнение. В то же время гражданские лица в России не имеют права приобретать нарезное короткоствольное огнестрельное оружие. А ведь именно «короткоствол» наилучшим образом подходит для целей гражданской самообороны. В отличие от «травмата» «короткоствольный огнестрел» обладает реальным, а не вымышленным «останавливающим действием». При этом попадание из пистолета не обязательно влечет за собой exitus letalis, чего практически невозможно избежать при выстреле из дробовика с близкого расстояния. Кроме того, право на гражданское оружие подразумевает право носить его с собой в готовом к работе состоянии и применять в случае необходимости. Но современное российское законодательство запрещает гражданам и то, и другое. И, хотя «необходимая самооборона» формально не является преступлением, большинство случаев активной обороны от преступного нападения заканчиваются уголовными делами против самих оборонявшихся.

Во вступительной речи на съезде Мария Бутина рассказала, что сторонникам гражданского вооружения удалось «выйти из политического андеграунда» и «дистанцироваться от политической проблематики».

«В нашей организации сейчас есть люди, придерживающиеся разных политических и религиозных взглядов, но объединенные в едином порыве за возвращение права на оружие, — сказала она. — В стране появилось такое понятие, как гражданский лоббизм — люди консолидируются во имя общей цели, объединяют ресурсы и ориентированы на результат».

В последнее время, по словам Бутиной, возрос интерес средств массовой информации к проблеме гражданского оружия, «за» и «против» высказывались многие авторитетные общественные деятели, а в дискуссии по этой проблеме «превалирует мнение экспертного сообщества». Маленькой победой сторонников гражданской самообороны она назвала постановление пленума Верховного суда РФ, расширяющее право на самооборону.

После исполнения формальных ритуалов — избрания счетной комиссии, президиума и секретариата — слово получил депутат Госдумы от ЛДПР Роман Худяков. Либерал-демократ сообщил, что его партия давно отстаивает право граждан на владение короткоствольным огнестрельным оружием. «Мы предлагаем легализовать оружие, для того чтобы наши граждане могли оказывать противодействие в силе тем беспредельщикам, которые готовы оказать вам насильственный ущерб», — несколько витиевато выразился он.

Выступавший следом Алексей Михайлов, председатель исполкома Конгресса русских общин, обратился к историческим примерам:

«В Древнем Риме оружия были лишен плебеи, а в Древней Греции — идиоты: так называли людей, пораженных в гражданских правах, в том числе в праве владеть оружием, — сказал он. — Очень хотелось бы отметить высокий уровень подачи темы со стороны тех, кто выступает за право граждан носить оружие. С противоположной стороны — голые эмоции и подыгрывание комплексу национальной неполноценности: вот, у нас страна не такая, народ не такой. Те, кто двигает противоположную линию, — поборники плебеизации. Право на владение оружием — вопрос самоуважения и статуса».

«Нет смысла вести агитацию за советскую власть среди тех, кто ее поддерживает, — сказал писатель Александр Никонов, автор ряда публицистических сочинений, среди которых — книга «Здравствуй, оружие». — Но я хочу обратить внимание на то, с чем придется иметь дело. Я вчера разместил в своем блоге объявление о съезде. И что на меня навалилось! Оказывается, оружие провоцирует и вызывает агрессию — так считает некий псевдопсихолог. На самом деле оружие не провоцирует — так же как унитаз, который есть в квартире каждого, не провоцирует покакать, иначе мы бы с него не вставали. Другой приводит статистику: у человека, имеющего дома оружие, в три раза выше вероятность погибнуть. Аналогично: имея дома огнетушитель, вы в три раза вероятнее сгорите при пожаре. Чисто религиозный страх нашего общества перед оружием!»

Никонов привел данные компании «Европейские социальные исследования», согласно которым «больше всего разлито взаимное недоверие в странах диковатых и там, где пытались строить социализм». Россия набрала довольно много баллов. Однако в странах, где в последние годы гражданам вернули право на владение оружием, уровень доверия граждан друг к другу несколько повысился.

«По моим подсчетам, — сообщил Никонов, — за легализацию КС выступают около 15 процентов. В США социальные исследования показали, что, если какая-то идея преодолевает 15-процентный барьер, она дальше начинает развиваться. Так в свое время разлился по Европе марксизм. Я надеюсь, что этот процесс пронаблюдаем на территории России по вопросу легализации короткоствола. Надеюсь, в России оружие будет легализовано, хотя не знаю, в каких границах Россия останется. Надеюсь, что в прежних. Хотя распад Союза позволил Молдавии и Прибалтике легализовать гражданское оружие».

Андрей Дунаев, гость от партии «Правое дело», поделился предположением, что для становления полноценного гражданского общества граждане России должны, во-первых, самостоятельно платить налоги, а во-вторых — получить право на владение короткоствольным оружием. Он также упрекнул противников гражданского вооружения в том, что они проповедуют идею национальной неполноценности русских.

По мнению Ивана Охлобыстина, злобность русских, которым по этой причине ни в коем случае нельзя предоставить право покупать пистолеты, несколько преувеличена: «У нас менталитет — дай Бог каждому! Мы два раза занимали полмира и каждый раз возвращались в свои границы!» — напомнил он.

Сам артист, с его слов, владеет оружием, и ему приходилось применять его для защиты от преступников:

«Меня прижимали у гаража, и если бы не было ствола, не ушел бы. Другой случай: иду по улице, вижу, как подростки избивали пьяного. А у него голова на бордюре, надави на грудь — сломается шейный позвонок. Пальнул, был понят. Спас человека, хоть и алкоголика».

«Мы бьемся не за оружие — мы бьемся за то, чтобы нас не считали рабами», — заключил он.

«Я, когда ехал на съезд, написал в «Твиттере», куда еду. Получил огромное количество откликов. Пока мы в меньшинстве. Это не должно пугать: умные люди часто в меньшинстве, — считает Андрей Нечаев, представляющий партию «Гражданская инициатива». — Основные аргументы наших оппонентов такие: в России много бандитов и идиотов. Ну, бандиты и так ходят с оружием. Что касается идиотов — ну давайте запретим автомобили. Мы каждый день получаем сообщения, что пьяный идиот сел за руль и убил несколько человек. Автомобиль — такой же источник опасности, как и короткоствол!»

«Посмотрите на Машу! — он повернулся к председателю движения. — Как раньше говорили, «умница, красавица, спортсменка, комсомолка». Вложите ей в руку пистолет — вы уверены, что она пойдет всех мужиков стрелять?»

Нечаев заметил, что сторонникам вооружения предстоит «черная неблагодарная работа по просвещению сограждан»: «надо направить энергию не столько на мобилизацию ярых сторонников, сколь на просвещение колеблющихся».

«Почему большие трудности с легализацией короткоствола? Думаю, это лоббируют криминальные структуры, которые не хотят, чтобы граждане им противостояли», — уверен Вячеслав Ганеев, депутат муниципального собрания московского района Черемушки.

Самое продолжительное выступление было у гостя из Эстонии Дмитрия Удраса, представлявшего клуб практической стрельбы. Он подробно рассказал о том, как обстоят дела с гражданским оружием в его стране:

«Неграждане и граждане иностранных государств получили право приобретать и носить короткоствольное оружие. О чудо! Даже у россиян есть право носить! В Эстонии — приобретайте и носите! Достаточно иметь вид на жительство. Чтобы получить документ на владение оружием, вы идете в полицию и пишете заявление. Предоставляете справку о состоянии здоровья. От иностранных граждан требуется справка об отсутствии судимости от посольства — эта справка делается в течение одного месяца. После этого вас регистрируют на экзамен. И — о чудо! — экзамен можно сдавать на русском языке!»

По словам Удраса, в Эстонии при подготовке гражданских стрелков в последнее время упор делается на наработку навыков «практической стрельбы». Это подразумевает отработку стрельбы на короткие дистанции (тогда как в России стандартная дистанция для пистолетной стрельбы — 25 метров), умение быстро приводить оружие в состояние боевой готовности и соблюдение техники безопасности.

Бюрократическая сторона вопроса для владельцев оружия существенно упрощена. Так, гражданин может, не приобретая собственно ствол, получить «вид на оружие». Оружие можно передавать на время другим лицам на основании акта приемки-передачи. В случае какого-либо инцидента, связанного с применением оружия, достаточно предъявить любой документ, удостоверяющий личность, а «пробить» по базе данных, вправе ли вы владеть оружием, — забота полицейских.

«Резинострелы» в Эстонии запрещены к гражданскому обороту, зато для пневматики есть ограничение только по калибру (не более 4,5 миллиметра). Запрещено хранение «деактивированного» оружия (то есть оружия, у которого случайно или специально нарушен боевой механизм), поскольку его можно привести в рабочее состояние. Тем более является преступлением хранение полноценного незарегистрированного оружия. В то же время действует система легализации, и каждый год легализуются сотни стволов начиная с раритетов времен Первой мировой войны.

Часто ли КС используется при самообороне? Такой статистики нет, потому что демонстрация оружия, включая выстрел в воздух, не считается применением оружия: это понятие рассматривает только стрельбу на поражение. При этом стрельба на поражение является основанием для возбуждения уголовного дела. Часть таких дел решается в пользу «самооборонцев», часть — нет. Но в любом случае у людей есть возможность эффективно защищаться.

«Как говорится, пусть лучше меня судят двенадцать, чем несут шестеро. У нас есть право выбора. У вас выбора нет», — он не отказал себе в удовольствии потроллить граждан Великой Империи.

 

Материал подготовили: Игорь Волков, Александр Газов