Оказалось, что закрыть «вредоносный сайт» не так-то просто, как думалось властям

Антон ОРЕХ,

обозреватель радиостанции «Эхо Москвы», специально для «Особой буквы»

Многоточие Ru

Многоточие Ru
Эти дни выдались бурными в невидимой паутине наших компьютеров. Пытались закрыть вики-ресурс «Луркоморье», пытались закрыть «Рутрекер», пытались закрыть страничку убийцы Виноградова. И во всех случаях ничего путного не вышло.
13 ноября 2012
Причем не вышло с разными знаками. Допустим, закрывать интернет-энциклопедию за текст, якобы пропагандирующий наркотики, — это чистый бред. А вот закрывать страничку с манифестом убийцы — уже не такая нелепая идея. Но и там, и там механизм не сработал. Тот механизм, которого мы так опасались, когда принимался закон об ограничении доступа к вредной для детей информации в Сети. Опасались не из-за детей, а из-за взрослых. Что это станет еще одним инструментом борьбы с оппозицией. А детям-то как раз и не поможет. И каковы же итоги первой битвы этой невидимой войны?

Во-первых, стало очевидно, что закрыть что-то не так просто чисто технически. Сайты-зеркала, переезд «на жительство» в виртуальное пространство Королевства Тонга и масса других не очень сложных ходов продемонстрировали, что в бескрайних сетевых просторах гоняться за нежелательным ресурсом можно долго и безуспешно. Попутно только повышая его популярность.

То же «Луркоморье» было известно все-таки довольно узкому и довольно специфическому кругу пользователей. А в понедельник про него узнали все! И трафик на сайте побил все рекорды.

Ну и какой в этом смысл? Кто в таком случае популяризирует эти ресурсы, как не сами правоохранители?

Во-вторых, выяснилось, что не хватает и чисто правовых механизмов. Ведь каким бы бесчеловечным ни было манифест Дмитрия Виноградова, однако его вредоносность сама по себе прокуратура установить не имеет права — нужно судебное решение. И даже из самых благих побуждений нельзя действовать в обход закона.

В-третьих, мы столкнулись с тем, о чем сразу все заговорили при принятии закона как о наиболее очевидном, — с размытостью критериев. Никто так и не дал внятного пояснения, что считать пропагандой наркотиков, самоубийств и так далее. Простое упоминание? Подробное описание?

Кто-то утверждает, что четкий рассказ о действии того или иного наркотика побуждает человека немедленно испытать все это на себе. А кто-то в ответ утверждает, что таковое описание открыло ему глаза на ужас, который его ожидает, и он отказался от этой идеи раз и навсегда.

Как же быть? Закрывать, только если существует прямой призыв? «Принимай наркотики!» «Прыгай с крыши!» «Свергни Путина вооруженным путем!» «Развращай малолетних!» Я лично понимаю пропаганду именно таким образом.

Но именно с такой пропагандой я в жизни практически нигде не сталкивался. Ну вот не помню я, чтобы кто-то прямо и четко призывал заниматься сексом с несовершеннолетними или доказывал преимущества однополых связей.

В-четвертых — и это самое главное — бороться надо в первую очередь с реальным, а не виртуальным злом. Интернет не более чем компьютерное отражение обычной жизни. Ни в Сети придумали наркотики, суициды, порнографию, педофилию и экстремизм.

Желание свести счеты с жизнью — это крайнее состояние психики. К нему толкают тяжелые жизненные события и неустойчивость организма, но уж никак не статьи на каком-то сайте. И про наркотики подростки куда быстрее узнают на улице, чем с экрана монитора. А попробуют уж совершенно точно не с помощью «мышки» и клавиатуры.

Может, предпринимать что-то поактивнее и поэффективнее в такой, реальной жизни? Или это слишком сложно? Куда легче принимать популистские законы, не понимая даже элементарного способа их применения.

Ведь облажавшись со всеми этим запретами, контролирующие органы подорвали уважение и к себе, и к идее. А придумав специальный ресурс, куда можно послать жалобу на тот или иной сайт, еще и выставили себя на посмешище. Как будто непонятно было, что писать жалобы станут лишь две категории граждан — «бдительные сумасшедшие» и «тролли».

Главный же вывод состоит в следующем. Победить Интернет невозможно, не нарушая при этом принципов свободы информации и демократии. Либо государство просто введет жесткие и даже жестокие ограничения в Сети с явными политическим целями. И тогда Россия автоматически встанет в ряд наиболее отсталых и реакционных режимов.

А если продолжатся нынешние непонятные попытки добиться непонятно чего, система вскоре докажет свою полную неэффективность и на запреты никто просто не будет обращать ни малейшего внимания.

Ну вот нельзя же ругаться матом в общественных местах. Теоретически. А практически — ругайся сколько душе угодно. Никто не будет тебя ловить, никто не станет тебе мешать.

 

Материал подготовили: Антон Орех, Александр Газов