Позиция РФ по вопросу вторжения западной коалиции в Ливию

Антон ОРЕХ,

обозреватель радиостанции «Эхо Москвы», — специально для «Особой буквы»

Чем бы дело ни кончилось, мы не получим в Ливии ничего

Чем бы дело ни кончилось, мы не получим в Ливии ничего
Если не знаешь, как поступить, не поступай никак. Если не знаешь, что сказать, промолчи. Я считаю, что именно такой могла бы быть лучшая позиция России по ливийскому вопросу.
21 марта 2011
Бомбардировки Ливии Россия не поддерживает инстинктивно. Но суровая правда жизни такова, что нас никто особо и не спрашивает. Мы в этой истории сейчас на обочине.

У России есть в Ливии экономические интересы. Мы всегда руководствовались в отношениях с такими режимами, как режим Каддафи, принципом «деньги не пахнут». И другим принципом: «пускай он сукин сын, но он наш сукин сын». Мы собирались добывать там ископаемые. Мы собирались перевооружить Джамахирию. Нам жалко терять деньги.

Мы не то чтобы любим Каддафи, но человек, который правит страной, лишая ее людей основных гражданских прав, нам близок, потому что мы в идеале хотели бы построить у себя что-то подобное, только в более культурном виде. Нам не нравится идея наказывать таких людей, потому что… не то чтобы мы боялись, что однажды и к нам придут и попробуют у нас навести порядок, но внутренне такая идея России не по нутру.

У нас была Чечня, где мы тоже бомбили собственные города и убивали свое же население. У нас по-прежнему неспокойно на Кавказе, и кто знает, не придется ли там бомбить когда-нибудь снова.

Так что бомбардировки Ливии мы инстинктивно не поддерживаем. Но суровая правда жизни такова, что нас никто особо и не спрашивает. Если речь идет о применении силы, НАТО и Штаты решают вопрос сами. Формально им неплохо бы иметь одобрение Совбеза, хотя в Ираке обошлись без него.

Однако Россия, имея право вето, им не воспользовалась. То есть дала так называемое молчаливое согласие. Ну вот раз дали молчаливое согласие — молчите и дальше! Чего теперь-то возмущаться и стенать? Ведь все равно же наши стенания ничего не изменят и даже не замедлят хода операции.

Но о России в который раз создастся впечатление как о пособнице тиранов. Зачем? Не вернуть нам уже выгодных военных и газовых контрактов! А если не можешь помешать — для чего мешаться?

А могли бы мы помочь? Вот в Ираке мы не стали помогать коалиции — и нефть там теперь будут добывать без нас!

Впрочем, у Америки и Запада положение не легче. У нас-то болтовня, а им конкретное дело делать надо. И ситуация складывается неприятная. Конечно, мощь ракет и авиации у них огромная. Но только лишь бомбардировками Каддафи не скинешь. Это, на мой взгляд, очевидно. На земле воевать все равно придется.

Но посылать своих, «белых людей», НАТО и Америка не захотят. Им что, мало гробов из Афганистана и Ирака? Воевать силами антикаддафской оппозиции можно, но велики ли эти силы реально? Можно дать им оружие и инструкторов, но это легко сказать. Обучить и организовать хаотичные повстанческие формирования — большая проблема.

В отличие от Туниса и Египта режим Каддафи был органически неприятен Западу. Этого бедуина давно мечтали как-то сплавить. Сейчас предлог нашли. Едва ли не впервые санкционировав применение силы против страны, которая не напала на соседа и не истребляет народ по этническому или религиозному принципу. Просто вмешались в гражданскую войну, поддержав одну из противоборствующих сторон.

Вот только нужно это было делать не теперь, а на пике успехов оппозиции. Когда она контролировала большую часть страны и подходила к столице. Надо было сразу запретить полеты, подавить авиацию и ПВО врага.

Но не поддержали. Побоялись, что это назвали бы «экспортом революции». И, соблюдая формальные приличия, дождались бомбардировок мирного населения, момента, когда оппозиция оказалась на грани разгрома, и ситуации, когда авиаудары уже явно недостаточны для победы.

Положение у Запада может оказаться сложным не только с военной, но и с пропагандистской точки зрения. Как в этой ситуации нам было бы выгодно молчание!

Но мы не молчим. Мы говорим всякие глупости и, чем бы дело ни закончилось, не получим в Ливии ничего.