Начинается суд по делу о «массовых беспорядках», якобы произошедших 6 мая 2012 года на Болотной

«Особая буква»

Власть и народ: история применения силы

Власть и народ: история применения силы
В ожидании начала «болотного процесса» «Особая буква» вспомнила самые крупные случаи политически мотивированного силового противостояния властей и граждан в постсоветской России: кто, когда и кого бил, и чем это заканчивалось.
6 июня 2013
«Болотное дело» обсуждают и пытаются анализировать многие. Действительно, более важных уголовных дел в сегодняшней России нет. Оппозиционеры и следователи, журналисты независимых СМИ и провластные пропагандисты изучают многие часы видеозаписей, гигантские фотоархивы событий 6 мая 2012 года и пытаются понять: кто виноват, а если виноваты все, то кто все-таки виноват в большей степени? Были ли провокаторы в масках, провоцировавшие беспорядки? Если были, то кто они: анархисты-радикалы или агенты МВД и ФСБ? Какую роль сыграло перекрытие полицией сквера, прилегающего к Болотной площади? Какую роль сыграла «сидячая забастовка»? Что такое «массовые беспорядки» в юридическом понимании этого термина и применимо ли это понятие к событиям у кинотеатра «Ударник»? Все это важно для борьбы в суде, для борьбы за свободу или максимально мягкие сроки для политузников. Ответы на все эти вопросы важны самой оппозиции — нужно делать выводы на будущее, нужно учиться бороться дальше. Но обществу, нации важно понять другое: любое силовое столкновение демонстрантов с полицией, произошедшее в рамках политической акции, — это политическое явление. И всегда за такое столкновение должна нести ответственность только власть, только государство. И в данном случае не важно, с чьей стороны было больше пострадавших и какие тактические маневры применяли стороны на «поле боя». Если из-за политики (подчеркнем: не из-за криминала, не из-за националистической или футбольной истерии, а руководствуясь соображениями общественного блага) люди идут на омоновские цепи — виновата всегда власть. Не сумели предвидеть, не сумели уговорить, договориться, упредить. Не бывает так, что государство с кучей силовых министерств и ведомств, сотнями оперов и агентов, прослушивающее тысячи мобильных телефонов и взламывающее тысячи ящиков электронной почты, не может предотвратить побоище. Не может, только если само хочет этого побоища, а наличие или отсутствие провокаторов в масках, открытый или закрытый сквер — вопрос второстепенный. Раньше власти в глубине души всегда понимали, что за кровь на улицах отвечают именно они, власти. И какие бы сражения ни разворачивались на российских улицах, государство не доводило дело до судебного ада. Просто знали, кто виноват на самом деле. Но постепенно времена начали меняться. Сперва из толпы стали выдергивать «мальчиков для битья», теперь в СИЗО решили упечь, похоже, всю толпу целиком. Власть больше не чувствует за собой вины.

 

21 августа 1991 года, столкновение сторонников Бориса Ельцина с войсками в Москве

 

Войсковая колонна в ночь на 21 августа двигалась на Смоленскую площадь с целью дежурства и патрулирования — в городе действовал объявленный ГКЧП комендантский час.

Однако в тоннеле на Садовом кольце сторонники Ельцина попытались блокировать военную технику при помощи баррикад из сдвинутых троллейбусов. В момент выезда колонны из тоннеля демонстранты забросали БМП камнями и бутылками с зажигательной смесью. Несколько находившихся на броне военных получили ранения.

Первые шесть БМП прорвали баррикаду, но седьмая машина (БМП-536) была блокирована вновь сдвинутыми троллейбусами. Демонстранты попытались накинуть на машину брезент, чтобы «ослепить» экипаж. Один из демонстрантов запрыгнул на БМП, но машина сделала резкий маневр, человек сорвался с нее, ударился головой о металлический корпус и погиб. Еще двое демонстрантов погибли от пуль: по одной версии, военные вели предупредительный огонь, по другой — стрельба велась прицельно.

Злополучная БМП-536 была подожжена сторонниками Бориса Ельцина, солдатам и офицерам, находившимся в ней, с трудом удалось пробиться к другим машинам.

После поражения ГКЧП против военных, находившихся в БМП-536, было возбуждено уголовное дело. Следствие велось четыре месяца, в итоге военных освободили от уголовной ответственности. В действиях демонстрантов правоохранительные органы не нашли состава преступления, а троим погибшим — Дмитрию Комарю, Ильи Кричевскому и Владимиру Усову — даже присвоили посмертно звание Героев Советского Союза и объявили фактически «мучениками».

*** 

23 февраля 1992 года, разгон митинга в Москве

 

Первое силовое столкновение лево-патриотической оппозиции с ельцинскими властями.

Митинг, посвященный Дню Советской армии, был организован Союзом офицеров и посвящался протесту против разделения бывшей Советской армии (СССР распался два месяца назад, и армия была обречена повторить его судьбу). Основу участников митинга составляли бывшие военнослужащие, в том числе ветераны войны.

Изначально организаторы акции планировали шествие к Могиле Неизвестного Солдата, но мэрия Москвы запретила все митинги и демонстрации 22—23 февраля. На запрете акции настаивали мэр Москвы Гавриил Попов и его зам Юрий Лужков, в то время как ГУВД было против запрета. В конце концов митингующим разрешили собраться на площади Маяковского, но во избежание шествия по Тверской эту лицу перегородили грузовиками и отрядами ОМОН, хотя накануне было объявлено, что перекроют лишь Бульварное кольцо.

Когда на огражденной площади начался митинг, по толпе прошел слух, будто некий представитель мэрии сообщил, что Попов с Лужковым одумались и разрешили возложить цветы к Могиле Неизвестного Солдата. С криками «Разрешили! Разрешили!» толпа двинулась к Кремлю. Милицейские цепи рассеялись, а грузовики разъехались, образовав проходы.

Один из грузовиков был опрокинут демонстрантами. Однако вскоре цепи ОМОНа сомкнулись вновь, разделив колонну на несколько частей, и начали массовое избиение. По свидетельствам очевидцев, били в том числе и ветеранов войны.

Во время столкновений водитель машины ВАЗ-2101 попытался протаранить ряды стражей порядка, в связи с чем против него впоследствии было возбуждено уголовное дело.

Обвиняемый, 67-летний инвалид войны Вадим Постовалов, утверждал, что ехал с малой скоростью за колонной демонстрантов, как вдруг перед ним сомкнулась милицейская цепь. Милиционеры разбили лобовое стекло, прокололи все колеса и перевернули машину ветерана.

Впоследствии ни Вадим Пустовалов, ни другие участники акции, не говоря уж о сотрудниках МВД, уголовной ответственности не понесли.

*** 

22 июня 1992 года, разгром палаточного лагеря в «Останкино»

 

Представители оппозиции, недовольные тенденциозным, на их взгляд, освещением телеканалами политической жизни страны, в июне 1992 года устроили палаточный лагерь возле Останкинского телецентра. Днем сотни оппозиционеров скандировали лозунги против «империи лжи», а ночи проводили в палатках.

Конец лагерю пришел с 21 на 22 июня, когда отряды ОМОН, получив распоряжение главы МВД Виктора Ерина и мэра Юрия Лужкова, напали на лагерь, разгромили его и избили находившихся в палатках оппозиционеров.

Мэр Лужков на следующий день демонстрировал в телеэфире якобы изъятое у оппозиционеров холодное оружие, но подлинное происхождение этих предметов осталось неизвестным.

Уголовных дел в связи с событиями в «Останкино» не возбуждалось.

*** 

1 мая 1993 года, столкновения во время первомайской демонстрации

 

Во время первомайской демонстрации, проводившейся левыми и национал-патриотическими силами, участники акции отклонились от согласованного с властями маршрута: вместо разрешенного шествия по Садовому кольцу колонны двинулись по Ленинскому проспекту в сторону Ленинских гор.

В районе дома 37 проспект был перегорожен грузовиками и автобусами ОМОНа. Начались столкновения, в ходе которых омоновцы избивали демонстрантов дубинками, а те в ответ задействовали древки от флагов. Для прорыва кордонов оппозиционеры пытались использовать автомобили — грузовиком был раздавлен один из омоновцев, сержант милиции Владимир Толокнеев. Десятки манифестантов получили травмы, в том числе и тяжелые. Среди пострадавших было много женщин и стариков.

По устоявшейся уже в те годы традиции в «раненые» начали записываться и омоновцы — правда, их «ранениями» оказывались, как правило, ссадины и ушибы рук, полученные при «работе» дубинками.

В связи с первомайскими событиями Верховный Совет, в то время противостоявший президенту Ельцину, своим постановлением освободил от должности министра внутренних дел Виктора Ерина, однако Ельцин не подписал соответствующего указа.

По фактам столкновений и гибели бойца ОМОН было возбуждено уголовное дело, но никаких арестов не последовало.

*** 

1993 год, события сентября-октября

 

Перешедшее 21 сентября 1993 года в открытую фазу противостояние президента Бориса Ельцина и Верховного Совета по сей день остается самым масштабным и драматичным (не считая чеченских войн) внутриполитическим конфликтом в истории постсоветской России.

Сразу после обнародования Ельциным Указа №1400 о роспуске Верховного Совета и блокирования ОМОНом Белого дома кровопролитие было неминуемым. Спорадические стычки между поддерживающими Верховный Совет оппозиционерами и ОМОНом стали постоянными, а 3 октября, когда колонны оппозиционеров пошли на прорыв блокированного Верховного Совета и штурм мэрии, в столице, по сути, началась гражданская война.

В ночь на 4 октября спецназ Внутренних войск расстрелял толпу, пытавшуюся прорваться в телецентр «Останкино», а утром вошедшие в столицу войска устроили настоящую бойню на Краснопресненской набережной — стрельба из танков по битком набитому людьми зданию Верховного Совета продолжалась несколько часов.

Из-за несогласованности действий подразделений Минобороны и Внутренних войск армейцы и «вэвэшники» неоднократно открывали огонь друг по другу — именно этим, а не крайне слабой обороной защитников Белого дома объясняется большая часть потерь среди лояльных Ельцину военных. Кроме того, по войскам неоднократно открывали огонь снайперы, чья принадлежность до сих пор достоверно не установлена. Сторонники Ельцина утверждали, что это были «наемники» из Абхазии и Приднестровья, а по данным оппозиции, в военных стреляли сотрудники спецслужб с целью ожесточить солдат и офицеров.

Точных данных о погибших нет до сих пор, предположительно в Москве 3—4 октября погибли несколько сотен человек.

4 октября было задержано около 6 тыс. человек, причем половина — без надлежащего оформления. По слухам, омоновцы расстреливали некоторых защитников Верховного Совета на расположенном неподалеку стадионе.

По факту октябрьского кровопролития было возбуждено уголовное дело. Его фигурантами являлись спикер Руслан Хасбулатов, Александр Руцкой, Владислав Ачалов, Виктор Баранников, Альберт Макашов, Виктор Анпилов, глава националистической организации «Русское национальное единство» Александр Баркашов, начальник личной охраны Макашова Евгений Штукатуров.

В феврале 1994 года все арестованные лидеры оппозиции были амнистированы Госдумой и освобождены из СИЗО. Те рядовые участники октябрьского восстания, кому удалось избежать внесудебной расправы сразу после задержания ОМОНом, к уголовной ответственности не привлекались.

*** 

15 сентября 2002 года, марш «Антикапитализм-2002»

 

Традиционная акция молодежных левацких организаций НБП, РКСМ(б), «Авангард Красной молодежи» и «Союз коммунистической молодежи» переросла в столкновения с силами МВД из-за того, что молодым радикалам разрешили лишь митинг на Триумфальной площади, но отказали в шествии по центру города.

Материал по теме: сейчас кажется, что будущий «болотный процесс» — главное дело всей путинской эпохи. Да, во многом это так. Но давайте вспомним, какие судебные решения превратили РФ в страну, где обвинительный вердикт выносится всем, кто неугоден власти. (ДАЛЕЕ)

Собравшись возле памятника Маяковскому, сотни леваков, не дожидаясь начала митинга, построились в колонну и попытались прорваться на Тверскую улицу. Им удалось потеснить шеренги Внутренних войск, но на помощь солдатам подоспел ОМОН, и прорыв захлебнулся.

Тогда леваки, оперативно перестроившись, сменили направление атаки и внезапно ударили в противоположном направлении — в сторону Садового кольца. ОМОН не успел перебросить свои силы, и юные радикалы, разметав жидкие милицейские кордоны, вырвались на Садовое кольцо. Затем леваки свернули в переулки и начали несанкционированное шествие.

В районе Ермолаевского переулка ОМОН на автобусах догнал толпу и рассеял ее.

В ходе акции были избиты и задержаны более сотни активистов, но уголовное дело возбудили лишь против троих членов НБП — Алексея Голубовича, Евгения Николаева и Сергея Мазилова. Их обвинили в применении насилия к представителям власти (статья 318 УК РФ).

По многочисленным свидетельствам, Мазилову при задержании в рюкзак оперативники засунули бутылку с «коктейлем Молотова». Менее чем через месяц Мазилов был освобожден из СИЗО из-за слабости доказательной базы.

Голубович и Николаев были приговорены судьей Тверского районного суда Еленой Сташиной к трем годам лишения свободы — и это несмотря на то что суду была предоставлена видеозапись канала НТВ, на которой видно, что «потерпевшего» милиционера бьют совсем другие люди.

Позднее срок Голубовичу и Николаеву был сокращен до двух лет.

*** 

3 марта 2007 года, питерский «Марш несогласных»

 

Одна из первых крупных акций объединенной антипутинской оппозиции. Городские власти не дали разрешения на проведение марша в центре города, но оппозиционерам удалось прорвать милицейские заграждения и пройти от БКЗ «Октябрьский» по Лиговскому проспекту к площади Восстания, а затем почти по всему Невскому проспекту до здания бывшей городской Думы, где состоялся митинг. Всего в ходе шествия было совершено семь прорывов кордонов ОМОНа.

В ходе акции было задержано более 100 человек, в том числе специально прибывшие из Москвы на питерский марш Эдуард Лимонов и Сергей Удальцов, а также глава местного отделения «Объединенного гражданского фронта» Ольга Курносова.

Участники марша были наказаны в административном порядке, уголовные дела не возбуждались.

*** 

11 декабря 2010 года, «Манежка»

 

Ультраправо настроенная молодежь, возмущенная убийством кавказцами футбольного фаната Егора Свиридова, устроила масштабную несанкционированную акцию на Манежной площади, переросшую в погромы, попытки избиения попадавшихся под руку «неславян» и столкновения с ОМОНом. Милиция несколько часов не могла ничего поделать с агрессивной толпой, и начальник столичного главка вынужден был даже вступить в переговоры с лидерами «восставших» в масках.

В 2011 году в рамках возбужденного по факту произошедших беспорядков уголовного дела были арестованы несколько человек, суд признал их виновными в участии в массовых беспорядках, применении насилия в отношении представителей власти, разжигании межнациональной розни и приговорил к различным срокам лишения свободы. Максимальный срок заключения за участие в манежных событиях получил гражданин Белоруссии Игорь Березюк — пять с половиной лет лишения свободы.

***

Послесловие

В нашей подборке только самые крупные, самые громкие эпизоды уличных политических боев. Мы сознательно отказались включать в список большую часть «Маршей несогласных» или акции «Стратегии-31» — то есть все те случаи, когда оппозиционеры не оказывали никакого активного, силового противодействия властям.

А история активного гражданского сопротивления показывает, что начиная с 2000-х годов власть воспринимает происходящие на улице события исключительно как вызовы, а не как неприятные, но необходимые сигналы, на которые нужно реагировать с умом.

 

Материал подготовили: Роман Попков, Александр Газов