Системные оппозиционеры продолжают выдавливать с политической поляны конкурентов — новые партии

Олег САВИЦКИЙ,

обозреватель «Особой буквы»

Партийно вышколенные

Партийно вышколенные
Жириновский внес в Думу законопроект об увеличении нижнего порога численности партий с 500 до 5 тыс. человек. В требовании вернуть «старые порядки» ЛДПР не одинока. Системная оппозиция старается максимально осложнить жизнь новоявленным конкурентам.
21 июня 2013
Либерализация закона о партиях стала одним из немногих завоеваний «несостоявшейся революции» 2011—2012 годов. Согласно поправкам, внесенным в закон об общественных объединениях, партия, в состав которой входит не менее 500 человек, могла претендовать на федеральную регистрацию. Ранее, напомним, федеральная политическая партия должна была иметь в своих рядах не менее 45 тыс. активистов (а в середине «нулевых» — не менее 50 тысяч). И тогда оппозиционные деятели сокрушались, что Кремль забетонировал политическую поляну и у независимых организаций нет даже призрачного шанса войти в большую политическую игру. Но после первых 100-тысячных митингов в Москве власть не то испугалась, не то изобразила испуг — и вроде бы начала «откручивать гайки». Президент Медведев направил в парламент либеральные законопроекты, среди которых было и изменение закона о партиях, значительно упрощающее их регистрацию. Однако тут оппозиционные мыслители загрустили пуще прежнего. Новые «карликовые партии», считали они, на выборах не имеют никакого шанса, но зато раздергают голоса протестного электората, и «Единая Россия» получит вечное конституционное большинство. В результате сложилась любопытная ситуация: парламентская оппозиция единогласно приняла поправки, хотя и подвергла легкой критике, однако спустя некоторое время начала их нещадно ругать, требуя если и не вернуть старые порядки, то хотя бы заметно ужесточить новые.

В настоящее время политическая организация, состоящая не менее чем из 500 человек и представленная не менее чем в половине субъектов Федерации, может быть зарегистрирована в качестве политической партии. Вместе с тем депутаты ЛДПР с этим не согласны. Группа «жириновцев», включая самого лидера партии Владимира Жириновского и вице-спикера Игоря Лебедева, внесла на рассмотрение нижней палаты законопроект, предлагающий повысить минимальную численность политической партии до 5 тыс. активистов.

«Авторы законопроекта отмечают, что «500 членов партии не хватит даже для того, чтобы направить своих представителей в избирательные комиссии». Но и существовавший ранее минимальный порог в 40 тыс. человек является «чересчур завышенным», — пишет «Коммерсант».

Возвращение полноценной многопартийности, по мнению депутатов, чисто технически затруднит процедуру выборов. Если в голосовании будут участвовать несколько десятков партий (уже сейчас Министерство юстиции зарегистрировало 71 партию), то бюллетень будет представлять собой довольно неудобный в обращении рулон. Избирателю придется попотеть, чтобы правильно запихнуть его в КОИБ — устройство для автоматического учета голосов. Кроме того, на избирательных участках будут заседать легионы членов комиссии с правом решающего голоса и наблюдателей от многочисленных партий.

Примечательно, что после того как Госдума единогласно утвердила поправки в закон о политических партиях, думская оппозиция начала нещадно критиковать его. Спустя два дня после голосования Геннадий Зюганов заявил, что новый закон приведет к продаже партийных брендов, а по указке Кремля будут создаваться новые партии для запутывания избирателей. В июле 2012 года на встрече с президентом Владимир Жириновский предложил поднять минимальный порог численности до 5 тысяч.

Между тем очевидно, что в историческом масштабе ничем не ограниченное политическое многообразие является наилучшим выбором. Если каждый политически активный гражданин сможет найти свою партию, то тем меньше вероятность, что он решит отстаивать свои взгляды с помощью автомата или бомбы. В условиях естественного политического многообразия нежизнеспособные, бесперспективные политические силы сойдут с арены в силу течения естественных процессов.

Примером страны, где царит неограниченное политическое разнообразие, можно считать, как ни странно, США. Там на самом деле действует множество партий, включая коммунистическую и нацистскую, партии латиноамериканцев и черных, партии сторонников независимости Аляски, Гавайев и Техаса, партии за легализацию наркотиков и за их полный запрет, и даже партия с экспрессивным названием «Чертова аренда слишком высока» (Rent Is Too Damn High Party), требующая снижения платы за наем жилья в Нью-Йорке. Бесспорными лидерами являются Республиканская и Демократическая партии, но представители других партий участвуют в местных выборах (причем нередко занимают выборные должности низового уровня) и даже выдвигают своих кандидатов на пост президента — правда, без особого успеха.

Однако не все, что представляется благом в исторической перспективе, встречает одобрение современников. Ряд политологов не исключают, что Кремль даст «политическим карликам» и «партиям-спойлерам» зеленый свет на выборах, чтобы ослабить оппозицию. Например, «Коммунисты России» и «Коммунистическая партия социальной справедливости» не составят конкуренции «Единой России» и не наберут достаточного количества голосов, чтобы образовать самостоятельные фракции или продвинуть своих кандидатов на руководящие должности. Но благодаря созвучию названий они откусят кусок «ядерного электората» КПРФ.

Упреки в адрес «спойлеров» и политических «двойняшек» совершенно оправданны. С другой стороны, ведущие оппозиционные партии не раз вызывали нарекания у избирателей своей предельной «конструктивностью». «Справедливая Россия», которая год назад дразнила думских единороссов белыми ленточками на лацканах, в последнее время очередной раз сменила парадигму и изгнала из своих рядов Илью Пономарева и обоих Гудковых за сотрудничество с уличными силами. Лидер ЛДПР прославился резкой, подчас оскорбительной критикой властей и одновременно поддержкой «генеральной линии» по принципиальным вопросам. Компартию можно считать наиболее последовательными оппонентами власти. И это абсолютно правильно. Правда, зачастую, только в теории. КПРФ — принципиальные оппозиционеры, вечно вторые. Многолетний спарринг-партнер Кремля, довольствующийся почетными поражениями и не слишком стремящийся к победе.

Но положение изменится, если на политическом поле появятся новые игроки: не спойлеры, не двойники-обманки, а новые политические силы. Те, кто не побоится поднять вопросы, которых избегают старые оппозиционеры. Это, что бы ни говорили скептики, «РПР-ПАРНАС» и «Демократический выбор». Это незарегистрированная пока Национально-демократическая партия, которая едва ли не впервые в новейшей истории России готова идти к избирателю под знаменем политического национализма. Это Либертарианская и «Пиратская» партии: эти экзотические для России объединения, также пока незарегистрированные, в лидеры не выбьются, но свои ниши займут, потому что их требования отвечают настроениям определенной части граждан.

Вероятно, в будущем заявит о себе и новая левая сила, которая сможет составить здоровую конкуренцию КПРФ. Правда, не совсем понятно, какая из ныне существующих организаций может стать таковой: подставные «коммунистические» квазипартии на эту роль не годятся, а «Левый фронт» затравили репрессиями.

В условиях реальной многопартийности старой, проверенной оппозиции придется не только бодаться с «ЕР» и разоблачать подставных двойников, но и конкурировать с новыми силами. Это их, разумеется, не радует.

В свое время КПРФ и «СР» поддержали поправки, упрощающие регистрацию партий, чтобы, вероятно, не казаться дремучими мракобесами. Либерал-демократы тоже проголосовали «за», потому что, как известно, по стратегическим вопросам фракции ЛДПР и «Единая Россия» голосуют одинаково. Но сейчас, когда «белоленточные» страсти улеглись, системные оппозиционеры стараются несколько сгладить последствия радикальной политической реформы. Например, предлагают ограничить число участников парламентских выборов, на что в Администрации президента отвечают обещанием «подумать». Владимир Путин и «Единая Россия» оказываются защитниками политических свобод, которые отстаивают права новых партий от диктата тех, кто «монополизировал оппозицию». Во всяком случае, выглядит это именно так.

Не исключено, что стремление ограничить число участников выборной гонки продиктовано и меркантильными соображениями. Так, партия, получившая на федеральных выборах поддержку 3 процентов участников голосования, имеет право на государственную субсидию из расчета 50 рублей за голос. А это выливается в очень серьезные деньги. Правда, по мнению эксперта ассоциации «Голос» Андрея Бузина, вновь созданные партии вряд ли возьмут на общероссийских выборах трехпроцентный барьер. «Это серьезная поддержка, которая свидетельствует, что есть часть населения, интересы которой выражает эта партия», — говорит он. По его мнению, с учетом масштабов России рубеж в 3 процента было бы целесообразно сделать порогом для прохождения партии в Госдуму.

Бузин, кроме того, поддерживает предложение Жириновского об увеличении минимально допустимой численности партий. Он считает, что это позволит уменьшить количество искусственных, «политтехнологических» партий, которые создаются с какими угодно целями, кроме реальной политической борьбы.

Со своей стороны заметим, что российские политтехнологи поднаторели в выпекании политических гомункулусов, а при наличии административного ресурса собрать массовку в 5 тыс. немногим труднее, чем в пять сотен.

Как бы то ни было, самый надежный барьер на пути фальшивых партий — это все же высокая политическая культура народа.

 

Материал подготовили: Олег Савицкий, Александр Газов