Рассмотрение кассационной жалобы Ходорковского и Лебедева перенесено на 24 мая

Михаил АСКЕТОВ,

«Особая буква»

Все дороги ведут в Мосгорсуд

Все дороги ведут в Мосгорсуд
Пять месяцев, отделяющих приговор в Хамовническом суде от рассмотрения кассационной жалобы в Мосгорсуде, выдались насыщенными: были и скандальные интервью-разоблачения, и сенсационное решение Верховного суда, и нападение на адвоката.
18 мая 2011
17 мая Московский городской суд должен был рассмотреть кассационную жалобу Михаила Ходорковского и Платона Лебедева на приговор, вынесенный Хамовническим судом в минувшем декабре. Однако заседание было перенесено на 24 мая. Собственно, эта отсрочка была не бог весть какой неожиданностью. «Вы же знаете, какой завтра день?» — сказал адвокат Ходорковского Вадим Клювгант журналистам, имея в виду пресс-конференцию Дмитрия Медведева, на которой президенту наверняка было бы заданно множество неприятных вопросов в случае обвинительного характера решения Мосгорсуда.

 

В заявлении, поданном сегодня Ходорковским, Лебедевым и их адвокатами на имя главы Следственного комитета Александра Бастрыкина, говорится: «Текст приговора не мог быть исполнен Данилкиным В.Н., как человеком, имеющим высшее юридическое образование, 12-летний стаж следственной работы, судейскую практику более 10 лет и занимающим должность председателя суда, который вел процесс по делу Ходорковского и Лебедева длительное время — в течение 18 месяцев. Действия судьи по вынесению заведомо неправосудного приговора в предполагаемом и подлежащем проверке соучастии с руководителями и судьями Московского городского суда, должностными лицами следственного органа и прокуратуры являются, вне всякого сомнения, умышленными и не могут быть квалифицированы как совершенные в результате ошибок, допущенных при применении закона и оценке собранных по делу доказательств, поскольку они совершались согласованно, в течение длительного времени и сопровождались злостным игнорированием действующего законодательства и фактических обстоятельств дела. Очевидно, что председательствующему судье, как и иным судьям, а также высокопоставленным следователям, надзирающему прокурору, государственным обвинителям в силу должности, профессиональных знаний и опыта было известно об обязательных требованиях закона, которые они умышленно проигнорировали и нарушили, сознавая общественную опасность своих противоправных действий. Многочисленные факты преступных злоупотреблений вскрывались и подробно анализировались в ходе судебного разбирательства. Следовательно, речь идет исключительно об умышленных фальсификациях, служебном подлоге, вмешательстве в осуществление правосудия, сопряженном с превышением должностными лицами своих полномочий и совершенном с целью вынесения заведомо неправосудных судебных актов, а также о вынесении таковых актов. Конечной целью этих преступных действий являлось не допустить выхода Ходорковского и Лебедева на свободу, то есть осуществить расправу над ними под видом уголовного судопроизводства. Соответственно, есть более чем достаточные основания для возбуждения уголовного дела и проверки следственным путем утверждения, что судья Данилкин В.Н., руководители и судьи Московского городского суда, а также совместно следователи Каримов С.К., Алышев В.Н. и члены их бригад, надзирающий прокурор Лахтин В.А. (он же один из государственных обвинителей), государственные обвинители Шохин Д.Э., Ибрагимова Г.Б., Смирнов В.Н. своими действиями, противными целям правосудия и совершенными с единым преступным умыслом, предопределили наступление караемых уголовным законом общественно опасных последствий — ущемление охраняемых Европейской конвенцией, Конституцией и федеральными законами РФ прав граждан и общественных интересов. Таким образом, изложенные в заявлении факты являются в соответствии с законом достаточным основанием для возбуждения уголовного дела».

Ситуация 17 мая очень напоминала события, происходившие в декабре в Хамовническом суде. Оглашение приговора было назначено Виктором Данилкиным на 15 декабря, а 16 декабря должна была состояться «Прямая линия с Владимиром Путиным», в ходе которой премьер-министр традиционно отвечает на вопросы граждан. Когда утром 15 декабря журналисты и гражданские активисты пришли в Хамовнический суд, они увидели висящее на двери объявление с новой датой проведения заседания — 27 декабря.

Впрочем, вопрос о деле ЮКОСа Путину был-таки задан. Содержание ответа премьер-министра, включившего металл в голосе и начавшего цитировать Жеглова («вор должен сидеть в тюрьме»), было однозначно расценено обществом как попытка давления на суд со стороны высокопоставленного чиновника.

27 декабря Виктор Данилкин начал оглашать приговор. За несколько дней он скороговоркой прочитал многостраничный текст и 30 декабря объявил, что Ходорковский и Лебедев приговариваются к 14 годам лишения свободы. Судья счел, что космическое по масштабам абсурдности обвинение — хищение всего объема нефти, добытой дочерними предприятиями ЮКОСа в 1998—2003 годах, — было полностью доказано.

Когда был озвучен срок заключения, поежились даже самые неисправимые оптимисты, поклонники «модернизации» и адепты «перестройки-2». Сам текст приговора дал публике возможность для неприятного анализа и мрачных выводов. Любому следившему за процессом человеку было видно, что приговор не мог быть написан Данилкиным самостоятельно. Содержание приговора «дает весомые основания утверждать, что он был изготовлен не председательствующим судьей, а лицами, непосредственно не участвовавшими в судебном процессе, не знающими существенных обстоятельств дела и результатов их исследования в ходе судебного следствия», — говорится в заявлении, поданном сегодня Ходорковским, Лебедевым и их адвокатами на имя главы Следственного комитета Александра Бастрыкина.

А далее случилось самое удивительное, на мой взгляд, событие в российской жизни за последнее время: общество познакомилось с Натальей Васильевой. Так уж сложилось, что судебная система в глазах людей воспринимается как некая неприступная каменная глыба без окон и трещин, умеющая хранить свои сокровенные секреты, надежно прячущая от стороннего взора тайные механизмы принятия жизненно важных для нее, системы, решений. И вроде как все функционеры судебной системы, от седых судей Верховного суда до девочек-секретарш в районных судах, надежно скованы заговором молчания. Сколько угодно можно говорить о «телефонном праве», но решающие звонки, раздающиеся в судейских кабинетах, не слышны простому смертному.

И вот человек системы вышел из-под ее панциря к людям и рассказал правду. В интервью телеканалу «Дождь» и интернет-изданию «Газета.Ru» пресс-секретарь Хамовнического суда Наталья Васильева поведала о том, как Мосгорсуд неделями прессовал Виктора Данилкина, выбивая нужный приговор, «помогал» судье в составлении текста.

В любой цивилизованной стране изложенное Натальей Васильевой, еще и прошедшей проверку на полиграфе, немедленно стало бы предметом как минимум широкомасштабных служебных проверок. У нас же «лицо Мосгорсуда» Анна Усачева не нашла ничего лучшего, чем попытаться унизить Васильеву напоминанием о ее работе поваром.

Данилкин же, которого вытащили на Первый канал для дачи опровержения, заявил, что приговор писал сам и ответственность за него будет нести «до конца своих дней». Васильевой, вскоре вынужденной уволиться из Хамовнического суда, Виктор Николаевич пригрозил иском, но звучало это как-то невнятно и неуверенно. А недавно Мосгорсуд отказал общественным организациям в проведении проверки по фактам, изложенным Васильевой, не найдя для этого оснований.

Вскоре после этого интервью власти попытались нанести ответный удар. При этом никакого нового креатива проявлено не было: в очередной раз составили лояльное послание в защиту судебной системы, под которое начали сгребать подписантов — певцов, певиц, телеведущих и цирковых дрессировщиков. Впрочем, подобные цирковые приемы смотрелись неубедительно: многие видные общественники отказались участвовать в одиозном действе, хотя сборщики подписей заклинали их именем Владислава Суркова.

Интеллигенция, чуждая верноподданническим эмоциям и карьеристским инстинктам, решила, в свою очередь, ответить на «письмо 55». 45 деятелей культуры и журналистов обратились в международную правозащитную организацию Amnesty International и попросили признать Ходорковского и Лебедева узниками совести. Письмо в Amnesty International подписали Людмила Улицкая, Эльдар Рязанов, Борис Стругацкий, Борис Акунин и другие русские интеллектуалы.

А позднее с аналогичным обращением к Amnesty International выступили российские правозащитники и политики, ранее уже признанные этой организацией узниками совести, в том числе Сергей Ковалев, Владимир Буковский, Игорь Сутягин, Григорий Пасько, Илья Яшин и Борис Немцов. В письме говорилось о том, что «нынешняя российская власть преследует Ходорковского из-за его независимой политической позиции, попыток препятствовать сворачиванию демократических институтов в Российской Федерации, его публицистической деятельности в заключении и критики действий существующего режима».

В ответ на эти обращения представители Amnesty заявили, что внимательно следят за процессом Ходорковского и Лебедева, но не назвали конкретных сроков вынесения решения о присвоении подсудимым официального статуса узников совести.

Впрочем, в своем ежегодном докладе о ситуации с правами человека в мире, правозащитная организация выразила обеспокоенность по поводу легитимности вынесенного Хамовническим судом Москвы приговора по делу Ходорковского и Лебедева. «В ходе второго разбирательства по делу Михаила Ходорковского и Платона Лебедева в связи с хищением добытой ЮКОСом нефти независимость прокуроров и судей вызывала все большие сомнения. 30 декабря их приговорили к 14 годам лишения свободы каждого по итогам несправедливого разбирательства, сопровождавшегося процессуальными нарушениями, в том числе притеснением свидетелей и отказом суда допросить главных свидетелей защиты». По мнению Amnesty International, «выдвинутые против подсудимых обвинения имели политическую подоплеку».

А в апреле произошло событие, которое можно отнести к разряду хоть и не приносящих практической пользы, но все же обнадеживающих: Верховный суд признал незаконным постановление Хамовнического суда о продлении ареста как меры пресечения Ходорковскому и Лебедеву. Это постановление было вынесено судьей Данилкиным в августе прошлого года. На тот момент уже вступили в силу поправки в Уголовно-процессуальный кодекс, инициированные президентом и запрещающие арестовывать до приговора обвиняемых по экономическим статьям. Таким образом, Виктор Данилкин, продляя арест подсудимым, нарушил нормы законодательства. Ходорковский и Лебедев обжаловали «продленку» в Кассационной коллегии Московского городского суда, но тот оставил меру пресечения без изменений. Когда же Верховный суд вынес единственно возможное с точки зрения права решение, это было воспринято как сенсация.

Другое происшествие, вполне возможно, связанное с делом ЮКОСа, случилось буквально за несколько дней до первоначально объявленной даты рассмотрения кассационной жалобы на приговор. Неизвестные напали на одного из адвокатов Ходорковского Елену Левину. Нападение было совершено поздним вечером, когда адвокат, приехав домой и припарковав автомобиль, шла к подъезду. Нападавшие вырвали из рук Левиной сумку с документами и скрылись.

В сумке в числе прочего находились адвокатское удостоверение и ряд важных для грядущих судебных слушаний бумаг, в том числе текст выступления Ходорковского в Мосгорсуде, который он готовил совместно со своими адвокатами. Позднее имевшиеся в сумке ценные вещи были обнаружены: преступники их просто выбросили, почему-то предпочтя оставить себе адвокатское удостоверение и бумаги по делу. У Левиной была повреждена рука, так как она пыталась оказать сопротивление, когда у нее вырывали сумку. Адвокат обратилась в правоохранительные органы, но преступники пока не найдены.

Вчера же «Газета.Ru» выложила интервью внезапно напомнившего о себе бывшего заключенного недавно сгоревшей Краснокаменской колонии Александра Кучмы. Именно этот арестант фактически сорвал процедуру условно-досрочного освобождения Ходорковского: Кучму привлекли в качестве свидетеля плохого поведения экс-главы ЮКОСа перед рассмотрением вопроса о его УДО в Ингодинском суде. А до этого,14 апреля 2006 года, Кучма в бараке ранил спящего Ходорковского самодельным ножом в лицо. Через два с половиной года после инцидента, при рассмотрении судом ходатайства об условно-досрочном освобождении Ходорковского, Кучма, к тому времени этапированный в другую колонию, вдруг подал иск, в котором указал, что Ходорковский якобы домогался до него, и потребовал 500 тыс. рублей в качестве компенсации морального вреда.

В беседе с журналистами Кучма признался, что его действиями по дискредитации экс-главы ЮКОСа руководили сотрудники Федеральной службы исполнения наказаний. Более подробную информацию Кучма обещал дать за вознаграждение и с обязательным применением полиграфа.

Сооруженная из лжи, подтасовок и насилия уродливая конструкция под названием «дело ЮКОСа» трещит по швам, оседает, сыпется. Остается лишь пожелать мужества судьям Мосгорсуда. В их власти прекратить, наконец, длящийся уже долгие годы позор российского государства и вынести единственно возможное в рамках действующего законодательства решение.

 

Материал подготовили: Михаил Аскетов, Роман Попков, Александр Газов